на этот раз жара преподнесла неожиданный поворот, я стал внимательно разглядывать окружающих людей...

женщины были похожи на призрачные видения. Невероятные цветные шелка, длинные струящиеся юбки, рукава, расшитые крошечными подобиями бриллиантов, рюши и воланы, тонкие лодыжки и совершенно невообразимые туфельки. Уже покрытая сочным загаром кожа и призрачно-белые плечи ночных снайперов. Длинные острые когти, пестрящие неестественными оттенками перламутра, и вавилонские башни из локонов, чей истинный цвет позабыли зеркала. Ресницы, как крылья чёрных бабочек, изогнутые брови, взгляд из под тёмных стёкол и в моём воображении уже написано четверостишие тонким пером на чёрной бумаге...
Мужчины же не стоили особого внимания, ничего выдающегося, кроме особой расы Художников и геев...

P.S. я стал искать твои черты у прохожих, не нашёл ничего, кроме нескольких прядок...

меня обозвали синяком и сказали, что бы я не гнал пургу...

а я... А я всего то вчера напился мартини (надо заметить на халяву), а сегодня лупанул коктейля с фейхоа...
ДА ЗДРАВСТВУЮТ ВЫХОДНЫЕ!

"...там за окошком цветные бабочки начали плести сказку..."

солнечное утро надело сандалии на босые ноги и понеслось вприпрыжку навстречу дню. День улыбался слишком ярко, тёплый ветер ясно даал понять, что пришло его время. Цветные бабочки исчертили небо за моим окном. Мятными крыльями теребя ветер за волосы, они словно пёстрое конфетти залепили голубой прямоугольник за белой рамой. Они облепили моё сердце, теребя его своими мягкими усиками, и перебирая тонкими лапками... Они то раскрывают, то складывают свои перепончатые крылья, и на них я вижу свои ненаписанные строчки... Взмах, и то что я напишу 25 августа призрачно проступило золотистой пыльцой на тигриных крыльях... Там за окном цветные бабочки положили начало всем сказкам, написанным моей рукою...

"... я люблю твои запутанные волосы,
давай я позвоню тебе, ещё раз помолчим...
люблю
твои запутанные волосы,
давай я позвоню тебе,
ещё раз помолчим...
люблю..."

небо разорвалось, как старая простыня...

и пока люди на остановке морщили лоб, выглядывая номер маршрутного такси, я зачарованно смотрел, как голубая синь вытекает прямо из поднебесья, затопляя только что распустившиеся деревья, сочную дерзкую траву с жёлтыми веснушками одуванчиков, верый асфальт, мои зрачки... и мои мысли. Небо протекло по венам, смешав коктейль голубого и алого, уставшего и только что родившегося, вчерашнего и завтрашнего...
я вспомнил твои белые пряди.................

"... Она никому не ответит взаимностью.

Я думаю, она невеста неба..."

я закусил губу до крови и прочитал по слогам...

" моё сознанье несётся
ракетой в сторону солнца.
меня не стоит боятся,
в меня не стоит влюблятся..."

вчера я был похож на летучую мышь с разорванными крыльями, но моя реинкарнация всегда сравнима лишь с моими монументальными припадками отчаяния. Очень мощно, мучительно, но быстро. Сон, испещрённый калейдоскопами видений, изощрённо придуманных мозгом, и вот оно солнечное утро с головою, по уши забитой порхающими мотыльками. Сочные запахи, вошедшей в силу весны, дразнят замёрзшие рецепторы... Что там по прогнозу погоды? Не обольщайтесь - там только я.

" ты очень милый парень, но таких как я больше нету,
давай договоримся -
будь со мной,
смотри я тебе покажу чудеса
летииииии..........."

странно, но когда ты вне поля моего зрения, воображение рисует немыслимые картины АкВарелью. Я хочу повесить тебе на шею цепочку с бриллиантом моей вселенной, развернуть боевые знамёна и стать с тобою рядом...

" и мы побежим, как реки
в неоновые аптеки.
в известных всем переходах
стоят наши ледоходы."

мои войны ведутся лишь с перерывом на обед и ужин, хотя ты знаешь, как я не люблю воевать, но сила притяжения холодной стали выше, чем линия горизонта. Ты веришь, а я хочу верить...

" твоя ещё детская кожа, юные крепкие вены,
успех наших начинаний...
какая безумная пара -
будь со мной, смотри я тебе покажу чудеса
летииииии..........."

я устал... я видел цвет своей крови, слышал, как бьётся сердце, которому перекрыли кислород, как распахнутые глаза видели перевёрные небеса и птиц, летающих без крыльев. Я отрезал волосы, но это не спасло меня от воспоминаний; я вскрывал вены, но это не спасло меня от жизни; я пережил зиму, но ещё не почувствовал вкус лета, НО -

малыш,
смотри я тебе покажу чудеса
летииииии...........

семья - это святое...

даже если она и виртуальная... Как приятно собраться в преддверии ночи, болтать всякую чушь, препираться из-за пустяков, скалить зубы, хохотать и играть в жмурки. Возможно иногда кого-то и не достаёт, но лучше быть живым Наследным Принцем, чем мёртвым Королём...

- а тебе хочется что бы я был девушкой или парнем?
- Мне все равно) Я могу спать с тобой в обоих случаях)


истерический хохот и крики, переходящие в овации...

- какого цвета сегодня небо?
- посмотрите в окно, Милорд.
- если бы я хотел посмотреть в окно, неужели я бы стал спрашивать?

я похож на ископаемое... Иссушенное временем изнутри, покрытое с ног до головы тонкой вязью писменов, давно утраченного языка, белый, как опалённая зноём пустыня... И облачённый в новую крепкую плоть, я всё равно чувствую, как старая кожа шуршит и ноют мои раны, и мозг пропитывается воспоминаниями тех времён, которых и не было. Лишь по глазам, словно по прорези в маске, можно прочесть, как я безнадёжно влюблён в свои иллюзии. Небо - кадры из кинофильма, цветы - застывшие камеры фотообъективов, люди - плод моего воображения. Непреодалимое отвращение к человечеству настигло и не отпускало меня до наступления тьмы. Кровь запульсировала на ранах и мозг прожгло ядовитым пламенем боли и ненависти. Запах сдавил моё горло судорогой, пьяный смех кромсал и резал слух...

"... - зубная паста "Деймон"
- л и л и и..."

Я сморщил нос и сделал омерзительно-надменное выражение лица. Когда дверь открылась, то сумеречный воздух не опалили мои лёгкие долгожданной прохладой, а опять понёс меня по запаху людей, машин, заводов и чего-то чужеродного. Тошнило и отчаянно хотелось убежать и спрятаться от этого запаха, от чужих голосов, от ощущения присутствия... Забившись в кресло, я остервенело грел ледяные пальцы своим дыханием и беспокойство опплетало разум, словно кольцами питона. Тревога, что я что - то теряю, что оно ускользает от меня, что я покрываюсь толстым непроницаемым слоем холода и безразличия.

"... посмотрите на лилии... Они не ткут, не прядут..."

Холодное мерцание монитора, холодный звук телефонного звонка, твой холодный голос... Мелькнула безумная мысль, что я умер, что я всё слышу и вижу, но не могу прикоснуться... Гудки отбоя, холодно... Озноб пробирается по позвоночнику и дышит своим ледяным дыханием мне в затылок. Существую ли я... скажи мне, что я существую,
скажи,
что мне сделать,
что бы ты сказал мне,
что я существую,
так сильно,
что я бы поверил в это... отныне и во веки веков...

"... кто, показал тебе звёзды утром?
кто научил тебя видеть ночью?
Кто?
Если не я?..."

dsqnb d 4-36 d bynthytn vj;yj ,skj kbim c rfrjq nj jghtltk`yyjq wtkm.? yflj,yj pfvtnbnm/ xnj nfr jyj b ,skj? vyt dlheu ghtlcnfdbkjcm? xnj vj;tn ,snm jntw pltcm///
Вот "Сокровища Нации" запупецный жизнеутверждающий фильм, я встретил там троянцев)))Надо заметить, что Боромир в блондиновом варианте великолепен. Ничто так не красит мужчину, как белые волосы. Смех за кадром... Массоны - мастера загадок, великие МАСТЕРА...

грусть казалось летала в воздухе...

она принесла то странное словно, тягучее, как кисель, настроение, когда начинаешь думать и представлять, а что же дальше? А дальше... услужливое воображение нарисут миллион картинок и ты запутаешься в выборе, чувствуя чем то большим, чем разум, что выбора нет.
Сегодня я буду смотреть шедевры киноиндустрии до самого того времени, пока мозг настойчиво не попросит уронить его на подушку... Просмотрено 4 фильма, в закромах ещё один и мультик про Маугли. Продавцы, наверное подумали, что я покупаю это своему ребёнку... Так оно и было, я купил его себе.
Блейд 3 - просто отстой
Авиатор - слава Богам, что я не настолько сумасшедший, как главный герой
Знакомство с Факерами - под попкорн и кока-колу
Царство Небесное - СМ. ниже

грусть такая прозрачная, словно вуаль, но она закрывает реальность, я не смотрю телевизор, не читаю газет, не знаю новостей, я отрезан от мира, как на необитаемом острове. Здесь лишь мои призраки...

я копался в её сокровищах...

нынешний век позволили пластмассе и цветному стеклу сладко затуманить мозг. Искусственные брилланты, искусственные ощущения, искусственный разум, и что там ещё будет впереди... Тонкий браслетик с кроваво-красными камешками, оправленными в бледное серебро приятно ласкал пальцы... поворот, и в свете опять таки искусственного освещения, камни переливались и мерцали тягуче красным. Мне почему-то захотелось увидеть этот браслет на её тонкой лодыжке, представив, как эти рубиновые звёзды оттеняли бы бледность кожи... Я фанатик... Алкоголь окончательно потерял свою власть надо мною, и всё, чем осталось мне питаться, так это эмоциями, ощущениями и фантазиями...
Я хотел отследить кривую... Так сегодня опять этот день, нужно просмотреть через сколько ночей он наступил.
Правда выплывала кусочками и мне стало немного печальо от встречи с ней, но потом прошло... То ли от того, что я стал чертовски снисходителен после своего тридцатилетия, то ли ожидал такого подвоха...
Если завтра ты проснёшься и улыбнёшься мне, я не поверю в чудеса, но я поверю в то, что я живой, а сейчас мне просто приятно теребить в руках эти незамысловатые украшения, зная, что они опоясывали твои запястья...

фильм "Царство Небесное"

Орландо Блюм навсегда закрепился у меня в образе золотистого длинноволосого Леголаса и сбить этот образ не помогла даже Троя. В Царстве всё выглядело сказочно надуманным, кузнец, откуда ни возмись понимающий толк в обороне города, Король, думающий о своих подданных, другой Король, добряк и умница, плохой герой без всяких оговорок и всего одна женщина. Печальная картина. всё это происходит в Великой Иерусалиме, при содействии епископапа и святой церкви, от которой стойко тошнило, и тошнит ещё больше после Страстей Христовых. Всё такое сахарно справедливое и честное, что впервые я пожалел, что просто пошёл в кино. Уж насколько я люблю бойню, но тут у меня даже адреналина не выбросило. Ибо болеть за сарацинов я не мог по национальному признаку, а болеть за европейцев, захвативших Иерусалим и почему-то считающих, что у них есть на него право, просто показалось мне странным. Мучительно хотелось спать. А последние строки фильма, что битва за царственный город ведётся и до сих, навела меня на мысль, что с 1184 года человечество не поумнело ни на йоту...

Сто тридцать миллонов долларов потрачены бездарно, я бы нашёл им более забавное применение...

- а я верю в чудеса!... по крайней мере они - верят в меня...

а я... Я не верю в чудеса, и они возможно, обидевшись, не верят в меня... Посещают меня как тяжело и опасно больного, очень редко и быстро, что я не успевая сообразить, что это было чудо, ошарашенно смотрю вслед уходящему чуду. Их можно пересчитать по пальцам, те чудеса, которые я помню, все остальные я устраивал сам...

Я жду чудес, но я в них не верю, может всё от того, что они не верят в меня?

он открыл глаза...

солнце янтарным мёдом скользнуло по радужке и довольно утонуло в самой глубине зрачка... Он мягко зажмурился и сонно зевнув, перевернулся на другой бок. В бок что-то кольнуло... Недовольно морщась, он пошарил руками под одеялом, и неожиданно вытащил тонкое белое пёрышко. Недоверчиво косясь на находку, он обескураженно обвёл комнату глазами... и словно окаманел. В кресле у окна, свернувшись в позу эмбриона, спал Ангел. Белые крылья его небрежно лучились белизною, оттеняя длинные волосы. Тонкие, слегка золотистые пряди прикрывали лицо, можно лишь было рассмотреть по-детски наивный изгиб губи дерзский подбородок. Покрытые лёгким загаром голые руки, в мелких царапинках и с перевязанным запястьем, служили подушкой.

Он вздрогнул и пёрышко, описав изящную дугу беззвучно упало на пол. Ангел шевельнул крыльями, долго потянулся и открыл глаза. Небесная синь смущённо встрепенулась и замерла, уступив место голубовато-серому перламутру... Они смотрели друг на друга и в чёрной тьме зрачков, словно поднимаясь с самых потаёных глубин, навстречу друг другу зажглись два новых солнца...

не так давно он был равнодушен к этим цветам...

но сейчас их образ крепко запал в сердце, как олицетворение весны и свободы. Красные гордые тюльпаны, хотя жёлтые затмевали красных своей солнечностью. С длинными, хрустящими листьями и идеально правильными лепестками на тонкой ножке. Есму захотелось взять их в охапку и переминая в руках послушать сочный звук трущихся зелёных языков. Они напоминали воинов, с высоко поднятыми знамёнами... Воинов, несущих светлую весть, о том, что есть что-то и где-то большее, чем то на что он надеялся...
И возможно это совсем рядом...

кто свинтил одну симпаху?
эх....... жадины...

бедный... бедный Император...
он был так одинок...

" ... и мы войдём в солнце, и солнце войдёт в нас..."

я слышал это в бреду осыпавшихся звёзд и в кабинете психотерапевта....
Теперь солнце вошло в меня и вышло, но оставило бродить по венам тепло. То самое тепло, которое доходя волною до мозга, опаляет мысли, что окутано тёмным склизким туманом, и туман рассеивается. Ничего не видно за горизонтами, но не видно и самого тумана. Белоснежные неисписанные страницы моей истории...

я люблю, когда светит солнце, стараясь пробраться сквозь жалюзи в моё окно. Как воздух, пропитанный теплом, мягко вибрирует на линии, соединяющей небо и землю. И хотя мои грозовые глаза бояться его лучей и прячутся за тёмными стеклами, я люблю солнце ни чуть не меньше, чем ночь...

4 фильма Джонни Деппа...

" Пираты Карибского моря"
"Волшебная страна"
"Тайное окно"
"Сонная лощина"

я взял диск, исключительно ради Сонной лощины, хотя Пираты на лёгкий десерт тоже смогли повеселить душу. Два оставшихся фильма были неизвестны. Сильный крен произвёл на меня фильм Тайное окно. Хотя где-то в первой трети меня начали стегать смутные подозрения, концовка всё равно оказалось нетрадиционной. По Голливудским меркам вообще несвойственной. Я поразился игре разума человеческого мозга, пролистав в памяти одноимённый фильм. Немножко отдавало и Бойцовским клубом, НО всё затмила великолепная игра Джонни Деппа. Актёр, которого невозможно было узнать, многоплановость его персонажей привела меня в восторг. Истинное искусство перевоплощения.

Потом пошёл крен на все четыре стороны. Столько писателей фантастов и режиссёров предложило собственное трактование человеческой жизни, что разум стал перебирать варианты, как колоду карт: может мы подключены и всё, что мы видим, это искусственное воздействие на мозговые окончания, или всё, что есть вокруг, это игра собственного разума, или это просто сон, или это игра - уровень знаток, или меня не существует, и я всего лишь плод чьего то воображения...
Но нет, я чувствую, что я это я, но ты утверждаешь тоже самое. Я утверждаю, что я Ангел, но у меня нет доказательств существования Бога. Очевидно то, что сделало из обезьяны человека, это способность задавать вопросы, зная заранее, что ответов на них нет.