мне прислали антипатию - "за погруженность только в себя и нежелание любить окружающий мир"
любвеобильный автор окружающего мира не пожелал подписаться, но большого ума не надо, что бы догаться, кто это...
Что я могу сказать, дорогая редакция? - Собственно говоря, а с какого перепугу я должен любить окружающий мир, да и вообще, миру я думаю глубоко на это насрать.

"Четыре комнаты"
"Джеки Браун"
Режиссёр: Квентин Тарантино

ночь кино удалась

смешно и нелепо думать так, как я думаю...

Самая верная любовь - это любовь самого себя к самому себе и ничего желать более не стоит. Стоить двигаться и развиваться, брать то, что можно взять или то, что дают, и продолжать двигаться. А если взять нечего, то оставаться старыми друзьями. Нет в мире двух одинаковых людей, как нет двух одинаковых песчинок, и то что связывает - это лишь отражение своих же собственных несбыточных желаний. Я никогда не буду знать, что думаешь ты, а ты никогда не будешь знать, что думает он, и всё скоротечно и мимолётно. Хватаясь за эту ткань, я оборачиваюсь назад, но там лишь пепел, не стоит развевать его по ветру, пусть он лежит и греет эту землю; может быть через много жизней вперёд тут вырастут цветы. И они будут не мои, и вырощенные не моими руками и не для меня, но возможно у них будет моё имя. Прошлое это в прошлом, я храню его, но не открываю ящиков, нет никакого смыла смотреть на солнце неприкрытыми глазами. Сомнений нет никаких, что всё складывается так, как я хотел, в то время, которое я не помню. То, что я могу сказать, это только слова, то, что я вижу, это только образы, а то, что я чувствую, это только то, что чувствую я. Я не подвержен законам логики, хотя предсказуем и прошит ярлыками, но когда у меня болит сердце, это значит всего лишь недостаток кислорода в крови. Улыбаться можно всегда, сквозь тонированные стёкла, сквозь кирпичные стены, сквозь километры и сквозь себя, нельзя лишь плакать без слёз.
Я не буду пестовать одиночество у себя на груди, я пойду с ним вперёд. "Счастье - это состояние человека, ловко обманутого" - я не стану себя обманывать.

Прости меня, мой дорогой, всеми обожаемый, единственный и неповторимый, Отец...
Увы, но твой план провалился.

Хотя, я бы внёс уточнения - это твой план провалился, а мой - удался; это ты у нас остался без наследника, а я - свободен и не обременён ни чем, кроме одной единственной любви, с которой уж я справлюсь сам...

В твоих садах
никогда не цвели эти белые вишни...
Твои руки,
никогда не снимали оков...
Твои мысли,
те далёкие давние мысли -
это плен,
это тонкая вязь на крылах мотыльков...

И зачем ты пришёл?
И зачем ты смеялся?
Прямо, глядя в лицо невоскресшим Богам...
И зачем ты сбежал?
Почему испугался?
Когда новые Боги открыли глаза...

Чёрная Кошка смотрела за залитую полуденным солнцем долину… В удушливом воздухе громко стрекотали цикады и пьяно жужжали пчёлы, выискивая белые цветы магнолии… Деревья уже утратили свою невинную зелень и покрылись, словно патиной, приближающейся осенью…
- Мне кажется или ветер уже принёс запах осени? – тихо спросила Кошка.
- Я не хочу этого слышать! – дерзко парировала Кошка, отражающаяся в водах домашнего фонтана.
- А я не хочу этого видеть! – мяукнула, Другая, в золочёной раме зеркала.
- А я, я даже говорить об этом не хочу! – грозно сверкнув абсентной зеленью глаз, фыркнула, Третья, отражаясь в серебряном блюдце с молоком.
Чёрная кошка поймала носом Ветер и убежала по истертым ступеням, ведущим в старый подвал…

Локи сделал обезоруживающую улыбочку и глаза, как у кота в Шреке 2, и...
скушал целую сладкую, сочную, разогретую на солнце, дыню.

приехал домой и ужаснулся - нда... теперь то понятно, почему у меня так часто депрессии...

Ужасные дороги, грязь, пыль, но смое главное - УУУ.... рабоче-крестьянские лица, которые отражают интеллект всей нашей нации - нулевой. Устойчиво держится настроение, что я здесь проездом.

Итак, мы в столице нашей Родины. – в славном городе Москва. Огромная очередь в метро, знакомые жлобские лица, чурки с кучей детей – не люблю я тебя Москва, хотя ей я думаю глубоко всё равно.

Кстати, о фирменных поездах -:
Северная Пальмира – кондиционеры в плацкартном вагоне, чистейшее бельё, пахнущее утюгом, табло, где показывали температуру, время, и что занят сортир, широкие лежанки, правда не длинные, современный дизайн и образцово показательный туалет. Билет, естественно, стоил дороже, но это того стоило. Я дитя урбанизации люблю комфорт, который можно доступно купить за деньги.

Девушка с волосами цвета льна опять рисует, Рыжая косится на американские горки. А я с блокнотом и ручкою, похож на корреспондента или писателя… Бу… бу… бу… Обзвонил всех, чьи телефоны были записаны – удивительно, но некоторые работаю по воскресеньям… Зачем? Не знаю. Я бы ни за какие деньги не продал бы сонное воскресное утро. Встреча века под угрозой, замечу, не по моей вине…
Однако же, она состоялась - ПАДШИЙ и ЛОКИ пожали друг другу руки на Охотном ряду. Других происшествий в Москве более не наблюдалось.

«… прольются все слова, как дождь,
И там, где ты меня не ждёшь,
Ночные ветры принесут тебе прохладу…
На наших лицах без ответа,
Лишь только отблески рассвета,
Того, где ты меня
НЕ ЖДЁШЬ…

… Дорога – мой дом,
И ДЛЯ ЛЮБВИ ЭТО НЕ МЕСТО…»

Дорога в мой дом, и для любви это не место…
Надеюсь на монетку, брошенную в Финский залив.

- Он весь в норковом манте, с соплёй на рукаве, и с перпендюлькою во рте….

Пейте охлаждённым – новый напиток TRANCE!!!

Последний день перед отъездом – мы напились в хлам. Напиток Транс – мировая вещь, не знаю какого дерьма они туда намешали, но обещанный эффект эйфории 1.5 часа был. Я смеялся, как обкуренный. Мысль об отъезде вызывает глубокую тревогу, немного успокаивает, что мы всё-таки едем не сразу домой. А через столицу нашей Родины. Там должна состоятся встреча века, думаю, что состоится…
Впечатлений неимоверная куча, дома их придётся рассовать по полочкам, и любоваться хмурыми осенними вечерами. Фотографий на два диска. Ведутся переговоры по работе с «Космополитен». Смог бы я остаться? – Если бы. То… всё может быть… Завтра я улыбнусь Питерскому небу и брошу монетку в Неву, что бы вернуться в этот, идеализированный мною же город.

Я грёбанный идеалист,
максималист,
и писсемист.
Я хочу всё или ничего, с серединки на половинку меня не устраивает. Как говаривал один великий архитектор : « Если я Вам не нравлюсь, то это Ваши проблемы»
Пьяно зол.

P.S. чёрт побери, всю эту писанину придётся ведь переписывать на комп. Ну а собственно говоря, а кому сейчас легко?
Если кому-то легко, то это сбой в Матрице.

«Девушка с волосами цвета льна»

Сегодня впервые слушал органную музыку. Никогда не представлял, что орган выглядит именно так. Зрелище весьма впечатляющее. Музыка, однако, не произвела должного эффекта, я ожидал большей громкости. Милый сердцу Бах, приятно убаюкал меня, и хотя мысль о том, что спать в большой зале филармонии им. Шостаковича стрёмно, я не мог удержаться и закрыл глаза. На несколько мгновений музыка перенесла меня в готический замок , наполненный танцующими чудовищами, и пара секунд сна излечили мой измученный впечатлениями мозг.

Исаакиевский собор был создан что бы поражать: высота 101 метр, площадь около 1 гектара, строительство велось 40 лет; через 29 дней после освещения собора архитектор умер, весьма символично… Имя его я не помню по причине пьянства (но потом вспомнил Монферан). Интерьер прибил меня не по-детски, хорошо, что я атеист, иначе это бы отразилось на психике. У меня и так волосы на затылке вставали дыбом и странная волна дрожи прокатывалась по позвоночнику… Нет предела человеческому гению.

Прогулка по каналам привела к нескольким выводам – не так уж сильно меня укачивает; однозначно я раньше здесь жил, и красота – это страшная сила. В перерывах задумывался о предстоящей встрече… Немного туманно и нет никаких предположений, как именно это будет выглядеть.

Грусть , однако, догнала меня и здесь. Я Angel Blue – перевод, как Ангел Грусти. Видел прекрасную сцену: парень неформального вида с чрезвычайно светлыми, естественными волосами, ждал девушку. Она прибежала и повисла у него на шее, нежно поцеловав в губы. На обоих были оранжевые майки разных оттенков. Я прошёл мимо, намеренно задев рукою парня… Кожа светилась солнцем, девчонка пахла ванилью…

Грустно, что никто не встретит меня на вокзале и не бросится на шею.. – вот такое вот пошлейшее желание.
«Простое человеческое желание» - прокомментировала Птаха, а Рыжая криво усмехнулась.

Финский залив – бескрайнее море перед глазами… Мягкий шепот волн, огромные валуны в стиле Рериха, облака, похожие на взбитые сливки… Звонки… межгород…межгород…межгород…

В маршрутке встретил твою модифицированную копию – голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц и мускулистые загорелые руки. Долго изучал сквозь тёмные очки поразился сходству : проверил бы ты, однако, свои корни… Копия картинно спала, а когда открывала глаза, то очень аккуратно изучала меня… Девчонки истошно верещали и тёрлись коленками, мы посмотрели друг другу в глаза… Межгород… межгород… межгород…

Иногда, когда я вспоминаю тебя, что-то мутное поднимается со дна и будит во мне животную ярость. И сегодня встретив твою копию, я разворошил осиное гнездо: воспоминания жалили меня, и мне отчаянно хотелось помахать головою… Но твоя копия была красивее и в конце концов восхищение от созерцания перебороло ярость, растушевав её до грусти… Как жаль, что межгород… межгород… межгород…

P.S. чертовски хочется секса. Проживание с девчонками, которые считаю тебя «нечто вроде младшего брата» приводит к их бесстыдным раздеваниям, а меня к тоске по живому человеческому телу.

В голове ни одной мысли, кристально чистые небеса сознания ярко-лазоревого цвета. Состояние покоя, именно то, о чём я мечтал… Зрительное восприятие доминирует среди всех ощущений, и то, что я вижу, наполняет меня чем – то невесомым и стремящимся к небесам.
Не могу понять от чего это? Совершенно не раздражает и не нервирует то, что дома бы вызывает припадки дикой ярости. Что это?
Это состояние отдыха или дух города, или небо с облаками, просящимися на холст, Или Ангелы с каменными крыльями, но живыми глазами… Отчего это – ощущение счастья, движенье воды по каналу, сюрреалистические круги по воде от падающих капель, запахи свежескошенной травы и отголоски прошедшего времени, оставшегося в камне и бронзе…

Птаха села рисовать, я же достал тетрадь в твёрдом переплёте и принялся писать. Опять вспомнил о тебе… Помечтал представил, нарисовал образы, чуть тронул АкВарелью… Ни грустно, ни печально, но нет это разрушающего «всё равно». Пожалуй, здесь именно все ушли в отпуск, и только одно существо живёт за всех, наслаждается покоем, набивая память фотоснимками, впитывая солнечные луга. Я здесь один, в одном экземпляре и ничто не спорит со мною…

Чем мне нравится этот город, так это тем, что при огромном количестве народа нет ощущения суеты или спешки. Здесь толи северный менталитет, толи «кто понял жизнь, тот не спешит»… Обилие неформальной молодёжи и пожилых женщин с поистине аристократическими чертами лица. На меня и здесь обращают внимание, но оно иного рода, оно родственное и тёплое – улыбающееся.
По Невскому проспекту шла девушка и несла перед собою листок в клетку, на котором было написано – УЛЫБНИСЬ. Все улыбались…
Купил диск со всеми последними альбомами БГ. Приучали к импрессионизму – понравился Рерих.

Ощущение сна или нереальности продолжает преследовать. Мне странно нравится всё – современные спальные кварталы, роллердром перед окнами, мелкий дождь на Невском, даже замшелость и облезлость некоторых домов поражает своим величием. Люди яркие и словно светящиеся изнутри, чрезвычайно вежливые водители, машины последних моделей, вода, закованная в гранит и гранит, как полотно художника. Чисто проофессиональные находки и удивительная артистичность современности ловкими мазками, наложенная на древние фасады. История мне не интересна, мне интересна красота...

P.S. сегодня была высказана интересная мысль - у меня такое предвзятое отношение к детям потому, что в глубине души я их хочу. Забавная версия, но племянник хозяйки меня отчаянно полюбил.

Яркое солнечное утро усилило ощущение нереальности. Принц на острове…
Чудеса только начинаются и я, как часть задуманного.

Питерское небо – оно особенное. Многослойное, с несколькими вариантами облаков, движущихся на разной скорости. Небо кажется ближе и синее. Хотя… там лишь хорошо, где нас нет.
Царское село встретило бликами на воде и нестерпимо сочной зеленью. Ветер, казалось выдул из головы все мысли и я, стиснув зубы, молча пребывал в нирване.
Заметил, однако, фобию. Я не боюсь воды, но ощущение, что под ногами какая-то колеблющаяся поверхность, мне не нравится.
Поразительно, что люди живут в такой красоте и чувствуют себя людьми. Первый раз слышал хоровое пение духовной музыки… было бы это в детстве, стал бы верующим. Поражает красота, пропорции и гармония – естественного с искусственным. Я бы сказал, что это место, близкое к идеальному, а всё то, что не идеально, лишь оттеняет совершенство. Стихи приходят на ум самопроизвольно, и вообще всё дышит вдохновением. Слова кажутся грубыми… Ходил и тихонько улыбался.

P.S.вечером перед сном становится немного грустно. Очень удивительно, но это – тоска по дому. Не конкретно по городу, но почему-то такому из чего складывается понятие дом.
Вспоминаю тебя… Знаю, что ты нет, и для тебя это время будет незаметным, как и моё отсутствие. Но почему-то хочется показать тебе этот город и назвать его «моим»… Всё остальные чувства глушит красота, созданная человеком, и потому, подающая надежду…

Как только я ступил на землю Питера, то на меня снизошло состояние, похожее на состояние принятия экстэзи. Я счастлив…

После 2-ух минутного разговора с домом мой баланс скинулся от 20-45 до 19-47. Поступило предложение по приезду устроить скандал в компании БиЛайн.

Наши советские поезда мутировали в поезда российские, принципиально ни чем не изменившись. Сомнительная чистота, затоптанные жизнью матрасы, подушки, похожие на истерзанную Тузиком грелку, отсутствие кондиционеров и присутствие малолетних орущих детей. Тем не менее, с каждым часом, мы приближаемся к Северной Столице. Одно лишь представление о львах с золотыми крыльями приводит меня в странное состояние, схожее с воспоминаниями о бурном сексе…
Сейчас я снова вспомнил тебя, и сердце откликнулось назойливой болью, но это очевидно из-за безделья и бессонницы (рядом с нами едет семейная пара с ребёнком, который скачет по выступающим ступенькам плацкарта и истошно орёт).

Солнце золотит мои волосы и я вспомнил твои…

я вернулся - подробности чуть позднее...)

автор отправился в путешествие из города N в город M и обратно...

ушёл в себя, вернусь... Должен вернуться 1 августа.