«и был день первый, и птицы взлетали из рук твоих,
И Ветер пах грецким орехом, но не смел тронуть губ твоих.
И часы на площади били тринадцатый час...
И ты сказал слово,
И мне показалось, что слово было живым...
А поодаль в тени, Она улыбалась, как детям, глядя НА НАС!»

ночью у меня выросли два крыла...

они осторожно постучались в меня странной мыслью о том, что возможно, именно в это самое время, в эту секунду, в этот миг я счастлив. Я согнулся от мягкого зуда в лопатках, и крылья, вспоров кожу, распрямились за моей спиною...

Ночь... ночь — моя возлюбленная, с тех самых пор, с каких я увидел звёздное небо. Она неизменна, она неизменяема, она вечная, она верная, она приходит всегда, каждый вечер, она смотрит на меня чёрными окнами домов, и шелестом листьеа на ветру, благодатной тишиною и запахом, присущим только ею. Порою я убегаю от неё, порою я изменяю ей, но она терпелива и нежна со мною, как с ребёнком, она прощает мне всё... Потому что она лишь умеет снять с меня всё лишнее, оголить до костей, стереть следы дня и помочь мне увидеть мои крылья. Она словно кладёт руку на мои губы и шепчет:«Смотри... смотри... смотри у тебя же есть этот мир, только разожми ладони, только открой свои глаза, только послушай своё сердце...»