"...Я СВЯЗАН С НЕЙ ЦЕПЬЮ,
Цепью неизвестной длины.
Мы спим в одной постели
По разные стороны стены.
И все замечательно ясно,
Но что в том небесам?
И каждый умрет той смертью,
КОТОРУЮ ПРИДУМАЕТ САМ..."

иной раз, когда я впадаю в отчаяние, я прошу Небеса указать мне путь, но они всегда безмолвно прекрасны, и своей отрешённостью мягко намекают мне на то, что я так и не получу ответы на свои вопросы, и умру, как и миллионы лет умирали люди до меня - с вопросам на устах и глазами, обращёнными в эту синеву.

"...У нее свои демоны,
И свои соловьи за стеной,
И каждый из них был причиной,
ПО КОТОРОЙ ОНА НЕ СО МНОЙ.
Но под медленным взглядом икон
В сердце, сыром от дождя,
Я понял, что Я НЕВИНОВЕН,
И значит, что Я НЕ СУДЬЯ..."

сегодня я был странной фигурой в зале, наполненном железом и человеческим потом, в зале с зеркалами. Они все смотрели на меня и мои глаза казались неуместными в этом времени и пространстве. Интересно видит ли так кто нибудь, как вижу это я? Или это игра моего обречённого с рождения зрения. Я вижу прекрасное там, где другие не найдут и мазка кисти, но я слеп с теми, кто рискнул идти рядом со мной. Но это не моя вина в том, что написано - врождённая.

"...ТАК СДЕЛАЙ МНЕ АНГЕЛА,
И я подарю тебе твердь.
ПОКАЖИ МНЕ СЧАСТЛИВЫХ ЛЮДЕЙ,
И я покажу тебе смерть.
ПОВЕДАЙ МНЕ ЧУДО
Побега из этой тюрьмы,
И я скажу, что того, что есть у нас,
ХВАТИЛО ДЛЯ БОЛЬШЕ, ЧЕМ МЫ..."

Я обречён на несовершенство, на не совпаденья, на то, что бы браться только за невыполнимые миссии. Я обречён жить с отрицанием жизни, верить с чувством глубокого атеизма, любить пустоту, имея в груди сердце, хранить молчание, имея нежную кожу, и никогда не летать, хотя крылья за моей спиною. У меня есть ключи от разных дверей, за исключением одной единственной, той самомй - моей.

"...Я связан с ней цепью,
Цепью неизвестной длины,
Я связан с ней церковью,
Церковью любви и войны.
А НЕБО СТАНОВИТСЯ БЛИЖЕ,
Так близко, что больно глазам;
НО КАЖДЫЙ УМРЁТ ТОЛЬКО ТОЙ СМЕРТЬЮ,
КОТОРУЮ ПРИДУМАЕТ СЕБЕ САМ."